Уривки роману, який мало хто бачив і навряд хтось побачить, його хотіло друкувати Хволіо, але не склалося. (так, я жлобіха).
ФФ.
*дівчатка, не плакати*
(поетично так)
"Свет пошел пунктирами, плясал, неверный, жирными мушками на тушках откормленных волокит-простыней
Я открыла глаза
Я счастлива"
***
(це просто про любофф)
"Я растворялась в нем, купалась в его глазах, ныряла, делала сальто с головокружительных вышек, играла в водное поло, тонула и воскрешалась как феникс, плавала брасом и кролем, иногда по-собачьи, падала топориком, скакала бомбочкой, брызгала нашей с ним энергией любви на окружающих, хохотала от их удивленных и озадаченных морд. Я приносила с собой вкусности, устраивала пикники близ нашего водоема, таскала на себе лодки, гондолы и яхты, катамараны, титаники и водолазное снаряжение. Погружалась в него без страха чудовищ дна морского, без зазрения совести, без осуждения, без стыда.
Даже не выныривала, не дышала воздухом, стала его ихтиандром, вырастила жабры, не находила надобности ходить, если можно летать. Засыпала на его волнах. Жила его штилями и штормами. Закутывалась его канатами и парусами, мачтами и штурвалами, цеплялась якорем и кричала, что не отпущу никогда-никогда-никогда.
А он напился молча, как из лужи, промокнул мокрые губы полотенцем, стер меня и ушел.
А я думала, что умерла. Ведь, когда ничего не чувствуешь, ты мертв?
Боги не чувствуют, духи не чувствуют. Они нам завидуют.
Я думала, что высохла, иссякла, растерзалась.
Но выжила.
И тогда я отдалась дороге. Так, как это делают приговоренные на смерть, обреченные и неизлечимо больные. Хотя, все мы таковы.
Отдалась навеки.
Боже, как напыщенно."
***
А заради цього уривка власне я все це і задумала:
"Мы знали о знаках.
С тех пор, когда решили жить по Блоку, как предложила Анька.
– А ты читала Блока? – спросила я, мы шли по осеннему Киеву, по тихим Липкам, развлекаясь тем, что ставили пометины от подошв на мягких и еще свежих желтых листках.
– Нет. А ты?
– Я тоже нет. А как же мы будем жить по Блоку?
– А ты представь, что читала, поверь, что знаешь, и ты будешь знать! Это ведь знаки, они всем известны, нужно их просто принять.
– О’кей.
И тогда мы увидели совсем иначе. В мире все связано, даже нота не проходит бесследно. Все так, как должно быть. Много знаков, если ты их читаешь – значит, можешь что-то менять, не внося дисбаланса. Или ты просто можешь тратить жизнь на их поиски, что тоже само по себе недурно.
Это знание свело нас, как не свело бы никакое другое, данное просто так, из рук, из кормушки. Оно пришло к нам из ниоткуда и могло в любой момент так же бесследно исчезнуть с наших лиц. И мы тщательно и бережно берегли с Анькой то, что просто так настигло нас на Липках. Это чудное и чудовищное знание, чувство, которому мы никак не могли дать названия и выродить хоть в каком-то описании.
Но мы все равно с Анькой были разными. И мир не даст долго сосуществовать рядом, мы можем слишком много узнать. Наверное. Или слишком много сделать. Или вообще ничего не получить... Да я и не сильно печалилась. Неважно, на долго ли, важно лишь то, что есть сейчас.
Знаки нельзя увидеть, их можно только ощущать.
Мы учились чувствовать этот мир. Открывать его заново и познавать. Все так просто, так ясно, все как дважды два пальца, как вода в стакане. Либо что-то настоящее, либо нет. Только испытать на себе.
И наши оголенные инстинкты и подсознание подчас заводили нас в далекие железнодорожные дали, так, наверное, нужно.
Изредка прорывались разные люди с тем же знанием или с похожим, но не в том суть дела. Мы на мгновение смотрели друг в друга, хитро улыбались и расходились.
Я же говорила, что меня находят странные люди!
Я нахожу странных людей.
По секрету, их нарочно ищу."
(с) ФФ, 2006 р
Стільки часу... Я була щедро покарана за свою віру в знаки)))
іноді мені здається, я вже не вмію бути тою щирою і наївною...